Сезон политических осадков

Политический сезон — это когда прежде внепартийные знакомые один за одним оказываются в какой-нибудь предвыборной силе.

Это нормально. Хуже они от этого не становятся. Под дождем люди обычно промокают, если не раскроют зонтик или не спрячутся под навес. Вряд ли по этому поводу к ним могут возникнуть претензии — чего это ты, братец, промок. Да вот промок, братец, так уж получилось.

Совершенно аналогично, и у промокших вряд ли могут быть внятные претензии к непромокшим — как это вы сухие, когда мы тут хоть выжми. Ну вот не захотели промокать — и не стали. Нашлись зонтики и навесы. Может, потом передумаем и пойдем по лужам. А пока — извините.

Осень. Дожди часто идут. Все это прекрасно знают, считай, предупреждены. Каждый выбирает свое дао, одни мокрое, другие сухое. Для себя. Не для других. Не для меня.

Осуждаю? С какой стати. Поддерживаю? Опять же с какой стати. Ни с какой. У меня своя осень, у них своя.

При этом я отнюдь не аполитичен, собственное понимание происходящего у меня есть, прогнозы, ситуационные модели, наброски стратегий. В себе не держу, регулярно транслирую. Кому специально нужно узнать или кто что-то недопонял — те спросят, и я отвечу.

Фишка в том, что я прекрасно могу это делать, не ассоциируя себя с какой-то предвыборной силой.

Я, вообще-то, не только журналист, но и избиратель, это за мой голос они будут бороться друг с другом. Это очень выигрышное положение. Они — соискатели, я — в жюри. Они залезают на табуретку и читают речитатив, а я говорю — нравится мне или нет то, что они прочитали. По форме и, главное, по содержанию.

Это не значит, что я никогда не полезу на табуретку. К сожалению, когда-нибудь это может оказаться неизбежным. Но в любом случае это будет моя собственная табуретка.

Другие наверняка исходят из аналогичных соображений, они же не глупее меня. Раз они идут в какую-то политическую силу, значит, сочли это неизбежным и нашли свою табуретку. Не мою. Свою. Можно за них порадоваться.

Худшее, что им грозит — промокнуть. Но политический сезон пройдет, всегда проходит.

И сырость тоже.

Ответственные: где и как их найти

Дж. Бернард Шоу

Читаю в комментах: «почему вы все время хотите найти ответственных?»

Во-первых, чего их искать, если в предвыборные месяцы все города были обклеены портретами лиц, страстно желающих стать ответственными. И после того, как за их избрание проголосовали и они вступили в должности, искать ответственных уже незачем. Они и так есть, без всяких поисков. Вот же списки, прямо на сайте ЦВК.

Во-вторых, раз они так эту ответственность хотели, что аж выборы ради этого выиграли (а кто не выборы, тот конкурсы) — пусть эту ответственность несут и не ноют. Люди голосовали, между прочим, не за их нытье.

В-третьих, — да, очень хочется, чтобы были именно ответственные. Безответственные могут сразу идти куда подальше. Свободно и беспрепятственно. Это просто: сказал «я не хочу нести ответственность» — и пошел. А если не идешь — значит, несешь ответственность и не ноешь.

В-четвертых, повторюсь, только социально неразвитые инфантилы путают категории ответственности и виновности. Виновность устанавливает суд. Ответственность человек принимает на себя сам. И потом опять же ее несет. И не ноет. А хочет поныть — см. третий пункт.

В-пятых, все сказанное выше, конечно, пока не имеет отношения к наблюдаемой реальности. Вся тема возникла и живет именно потому, что ответственности госслужащих как действенного фактора в Украине просто нет. Здесь политик или чиновник может без всякого вреда для должностной эффективности и личной репутации публично брать на себя обязательства — и не выполнять их. Принимать на себя ответственность — и тут же давать понять, что он ни за что не отвечает. А зачем отвечать-то, если можно не отвечать? Что, кто-то из предшественников за что-то ответил? Нет? Так что мы от нынешних-то ждем? С чего им вдруг становиться по-настоящему ответственными? Потому что их уволят? Так они восстановятся по суду, стоит только захотеть. Потому что мы не изберем их снова? Еще как изберем — посмотрите соцопросы и убедитесь. В суд их потащат? Да пусть тащат, это еще никому не повредило, — ни Януковичу, ни Насирову, ни Кернесу, ни Труханову, ни Онищенко. Вон Тимошенко и Луценко заказные отсидки вообще пошли в карьерный плюс. Никому наш суд не может повредить. Даже заживо осужденному в США Лазаренко наш украинский суд ничем не повредил, хотя воровал Лазаренко именно тут, а там только отмывал. У нас по-настоящему, не на словах, привлекать его к ответственности никому не сдалось, потому что в принципе не было понимания — к чему привлекать-то?!

Никто из прежних не наказан, поэтому никто из нынешних не боится.

И, как следствие, ни за что не собирается отвечать.

Дж. Бернард Шоу
Дж. Бернард Шоу

Разговор только начинается

— У вас негативный подход. Это зря, все ж хорошо. 
— Что хорошо?
— Ну, мы же победили. 
— Кто «мы»?
— Мы, прогрессивные силы.
— Когда это мы победили?
— Когда вы нас выбрали в парламент. 
— А разве это победа? Мы-то думали, что это только предпосылки для изменения страны к лучшему. 
— Вообще-то да, но мы же уже изменили страну к лучшему.
— Где?!
— Ну вот же лучше стало. 
— Кому? 
— Гораздо лучше.
— Кому лучше?!
— А вы разе не чувствуете? 
— Нет. 
— Хм, странно, мы же столько законов приняли. 
— А сколько давно обещанного не приняли? Перечитайте ваше коалиционное соглашение. 
— Всему свое время. У вас слишком негативный подход. У нас и так много достижений. 
— Каких? 
— Экономика растет.
— На три процента в год при уровне инфляции в десять процентов? 
— Газовая независимость от России. Безвиз. НАБУ.
— А налоговая реформа? А избирательная реформа? А судебная реформа? Приговоров же нет по крупным делам. 
— Не все сразу. Надо подождать. Вот американцы сколько лет вели следствие по делу Лазаренко?
— Так они его вели, вели и довели до приговора, а здесь следствие начали и бросили. 
— Так это не мы бросили, это предшественники.
— А вы его возобновили? 
— Нет. 
— Почему?! 
— Потому что срок годности… то есть, давности. 
— А по делам о преступлениях во время Майдана где приговоры?
— Будут. Имейте терпение. Вот не нужно этого негативного подхода. 
— Так если реформы стоят — откуда взяться позитивному?
— Из безвиза.
— А еще? 
— А куда вы уже ездили?
— В Польшу.
— Съездите теперь в Чехию.
— На какие шиши? Я налоги заплатил, коммунальные заплатил, за зубы заплатил и теперь года два никуда поехать не смогу. 
— Вот это мы и называем негативным подходом.
— А мы это называем «жить по средствам». 
— Вот только не надо личных выпадов. 
— Каких личных? 
— Ну, вы же на этот новый «лексус» так намекаете? Так все задекларировано!
— Нет, я намекаю на то, что без реформ здесь мы все скоро уедем на заработки в Польшу, пока вы тут на «лексусах»… Кстати, а где уголовные дела по незаконному обогащению? Два года крутите шапито с декларациями — и практически никого за коррупцию не закрыли! 
— Это потому что у нас антикоррупционного суда не было! 
— А теперь есть?
— Теперь будет. 
— Когда будет?
— Не знаем. Но закон уже есть! Это большое достижение, эпохальное! 
— Достижение будет, когда он заработает и хоть кого-нибудь посадит. 
— Вот не нужно этих угроз. Вы же сами зарплату в конвертах получаете!
— Получаем. Потому что вы налоговую реформу спустили в унитаз. 
— На нее нет голосов.
— А на что у вас есть голоса? 
— И политической воли.
— А на что у вас есть политическая воля?
— Вот снова у вас негативный подход. На что надо, на то голоса найдутся. 
— На налоговую реформу не надо? 
— Надо, но не все сразу.
— На избирательную реформу надо?
— Пока нет. 
— Почему?!
— Потому что выборы скоро, а коней на переправе не меняют. 
— То есть, вы хотите еще и весь следующий созыв Рады ту же волынку тянуть?
— Почему «ту же»? Не ту же. 
— Неужели работать начнете?
— Обязательно. 
— А почему до сих пор не начали? 
— Да начали мы, просто у вас нет достаточной информации! 
— А почему ее нет? Куда нужно смотреть, чтобы ее получить?
— По нашим внутренним отчетам прогресс есть. 
— А почему они такие внутренние, если можно результатами похвастаться? 
— Так вы нам что, не верите?! 
— Нет, конечно! 
— Это очень, очень негативный подход. Обидный и несправедливый. 
— Сейчас еще обиднее будет. Не будем мы за вас на выборах голосовать. 
— А за кого тогда? Больше ж никого нету. 
— Если никого, кроме ворья и некомпетентных болтунов, нету, то ни за кого голосовать не будем. 
— Вот сейчас очень обидно было!
— Из-за «воров» или за «некомпетентных»?
— Нет, из-за того, что голосовать не будете. То есть… 
— То есть что?
— Мы же лучше, чем вы о нас думаете. Если без предвзятого отношения. 
— Как вы себя ведете, так мы к вам и относимся.
— Вы что, хотите оставить страну без власти во время войны?!
— Нет, мы хотим чтобы власть перестала воровать и саботировать реформы во время войны. И после войны. Чтобы она работала на победу и на страну, а не на себя. И чтобы она обновлялась.
— Это непатриотично как-то — так не уважать действующее руководство страны.
— Что-что?
— Нужно сплотиться вокруг власти.
— Вокруг достойной власти почему бы не сплотиться. 
— А мы разве недостойные?
— Дадите обещанный результат — будете достойные. 
— Достойнее нас никого нет!
— В стране сорок миллионов человек — и вы среди них самые достойные? Шутите. 
— Другие будут еще хуже!
— Будут хуже — и их тоже заменим. 
— Вы хотите устроить хаос и безвластие!
— Нет, мы хотим заставить власть профессионально работать. Хотя бы угрозами, если иначе не получается. Никто вас не будет гнать, если вы будете давать результат. 
— У вас нет реальной альтернативы!
— Янукович тоже так думал. 
— Мы все равно выиграем выборы!
— Янукович тоже выиграл выборы.
— Ну, погодите!
— Янукович тоже так говорил. 
— Разговор закончен!
— Разговор только начинается.

Выборы в премьер-лиге: Гройсман играет на опережение

Владимир Гройсман

[Колонка впервые опубликована на LIGA.net]

С какой стороны ни рассматривай заявление Владимира Гройсмана о том, что он готов уйти в отставку, если закон об антикоррупционном суде не будет принят, выглядит оно как уверенный и продуманный старт самостоятельной предвыборной кампании. Продуманный — потому что выгодные для премьера сценарии легко просматриваются для всех трех основных вариантов развития событий.

Владимир Гройсман

Владимир Гройсман

Сценарий первый: фракции и Банковая утрясли все (или почти все) предъявленные депутатами сомнения и отговорки и закон об антикоррупционном суде наберет необходимые 226 голосов. В этом случае заявление Гройсмана делает его косвенно причастным к этому достижению (хотя по действующим процедурам никакого участия премьера для этого, в общем, и не нужно), и Гройсман не только остается в премьерском кресле и возглавляет освоение перечисляемого МВФ кредитного транша, который позволяет стране и дальше работать на внешних финансовых рынках, но и получает свою долю медийного позитива. К тому же, сделанное заявление даст ему дополнительные основания включить антикоррупционные лозунги в будущую предвыборную риторику. Прежде их можно было опереть только на безрезультатную грызню с НАПК, которая выглядела крайне уныло и которую в актив все равно записать было нельзя. А вот то, что премьер как бы поучаствовал в «додавливании» депутатов перед голосованием — можно. 

Сценарий второй: закон пройдет, но без удовлетворения всех необходимых требований Венецианской комиссии (даже при том, что большинство депутатов вроде бы понимают, что такой поворот приведет к политическому кризису и будет означать большие проблемы для украинской дипломатии и лично для Порошенко, но трусость, некомпетентность и кое-какерство никто ведь не отменял). В этом случае МВФ откладывает привязанный к принятию этого закона транш экономической помощи и Украину с высокой вероятностью ждут проблемы на внешних финансовых рынках. В такой ситуации Гройсману действительно удобнее заявить об уходе в отставку (или спрятаться за статусом «временно испольняющего обязанности»), чтобы не возглавлять правительство в период эскалации кризиса, для купирования которого в бюджете просто не будет средств. При этом, естественно, вся ответственность за кризис будет подчеркнуто возложена на Верховную Раду, а Гройсман, наоборот, покажет себя политиком ответственным и не боящимся решительных шагов, что опять же хорошо для его грядущего участия в выборах.

Сценарий третий: если с принятием закона никакой ясности по-прежнему нет и решающее голосование снова переносится, заявление Гройсмана все равно «срабатывает» — как предупреждение, которое может очень быстро превратиться в ультиматум. Дело в том, что если правительство действительно «отставится», то депутаты будут обязаны в течение двух месяцев сколотить новое, а при нынешней удручающе низкой способности парламента принимать решение это будет крайне непросто. И если срок в два месяца не будет выдержан, закон предусматривает автоматический роспуск Рады и назначение досрочных выборов, на которые Гройсман и его новая политическая сила выйдут «все в белом» — в отличие от всех остальных, которым вот только что публично не хватило не то нужного градуса политической воли от Банковой, не то голосов (и это при наличии «коалиции большинства»), не то просто ума, чтобы просчитать очевидные последствия своей коллективной трусости и безответственности.

Особенно достойно предполагаемая отставка Гройсмана будет выглядеть в сравнении с жалобно-торгашеским финалом премьерства Яценюка, который до последнего отказывался покидать премьерское кресло. И если отставка действительно состоится, можно практически не сомневаться в том, что Народный Фронт больше не будет для Гройсмана подходящим политическим ковчегом — эту партию он просто откровенно перерос. Поэтому сразу после решающего голосования по закону об антикоррупционном суде вполне можно ждать еще и объявления о создании новой политической силы — впрочем, и по существу, и по составу, такой же архаичной, как и прежние номенклатурные партии.

Зато Владимир Борисович сможет повторить на бис свой знаменитый номер и кинуть в массы горделивое «я вам покажу, как надо парламентские выборы выигрывать!» 

И после этого главным для него будет не слишком часто оглядываться назад, где осталась не вполне убедительная демонстрация умения управлять страной. Но об этом будет повод поговорить во время отчета правительства — неизбежного вне зависимости от того, состоится его отставка в ближайшее время или нет.

Интервью с Борисом Бабиным, представителем Президента Украины в Автономной Республике Крым

Пособие по политической инвалидности

[ Колонка опубликована на LIGA.net ]

«Вы надоели». Если убрать эмоциональный заряд, мнение опрошенных избирателей о нынешних политиках будет выглядеть именно так.

С эмоциональным зарядом это мнение будет чуть более развернутым, однако смысл его не изменится ни на йоту.

В национальном политикуме не существует ни одного персонажа, который мог бы похвастаться, что ему доверяют больше людей, чем не доверяют. Свежие результаты опроса, которые прямо это показывают, похожи на тяжелый кошмар, на соревнования по плаванию в вязле протухшего на всю глубину болота. Абсолютно все соискатели по уши в грязи и в тине, все до рвоты нахлебались лягушачьего гноя, но амбиции все гонят и гонят их дальше. Зрителей тоже тошнит смотреть на это отвратительное и бессмысленное зрелище, но они привыкли, что кого-то из этих до зелени мутных водяных и кикимор придется-таки назвать победителем очередного тура соревнований. Обычай такой.

Репутации уничтожены у всех. Любой новый соискатель, даже предварительно отмытый до белизны и наодеколоненный в полнейшую шанель, вынужден прыгать в то же самое болото, которое от его плюха вовсе не станет чище и не перестанет смердеть. Сам же он мгновенно затеряется среди других, заляпанный ровно тем же самым и совершенно неотличимый.

Да, все соискатели (за редким исключением) обещают первым делом осушить болото, превратить его в новый и чистый водоем. Но это невозможно сделать из самого болота, только с берега, а вылезать из тины бултыхальцы не хотят, потому что вылезти из болота означает для них сняться с дистанции.

Зрители давно для себя уяснили, что ни от кого из булькающих пользы не будет. Но они никак не могут придумать, что в такой ситуации делать. Доверять никому из густо заляпанных невозможно, хочется найти хоть какую-то альтернативу, но в реальности кроме болота пока ничего не видно, так что придется-таки выбрать одного из осточертевших. И уже, в принципе, не имеет значения, кого именно — все пахнут примерно одинаково.

Другой опрос показывает именно такое отношение избирателей к топовым участникам политической гонки. 12% поддержки, 10% поддержки — это соревнование не политических сил, а политических бессилий. Все участники забега с точки зрения электората безнадежно хромают, и выделенные им проценты поддержки — это не заработок, это пособие по политической инвалидности. Если на этом пособии можно выиграть выборы, но только у таких же полутрупов. И осушать болото такой победитель не будет по совершенно очевидной причине: в чистой воде он никому не нужен, даже сам себе.

В такой ситуации 15,9% опрошенных, желающих проголосовать за «другого политика», способны легко решить дело — осталось только показать им этого «другого». Хоть  какого, лишь бы не из прежних, вконец провонявшихся. Вакарчук? Отлично, пусть днем процеживает болото, а вечером может давать гастроли, от нынешних-то не дождешься ни того, ни этого. Зеленский? Господи, да даже он на нашем рыбном отвале сойдет за свежего — на фоне прежних-то точно.

В других странах это срабатывало: например, в Гватемале президентом выбрали телевизионного комика Джимми Моралеса. «Он начал избирательную кампанию с минимальной поддержкой, никто и предположить не мог, что он выиграет выборы в первом же туре», — рассказывал в интервью гватемальский политолог Манфредо Маррокин. — «Люди с готовностью воспользовались возможностью убрать из правительства все надоевшие им прежние политические силы. Даже несмотря на то, что Моралес был неопытен и у него не было внятной программы. Зато у него не было политического прошлого, и это внезапно оказалось огромным преимуществом. Люди решили: ладно, пусть будет хотя бы такой, по крайней мере, это не обычный заведомо коррумпированный негодяй. В следующий раз изберем кандидата, у кого будет не одно достоинство, а два — не только не связанного с коррупцией, но чтобы он был еще и с каким-никаким управленческим опытом».

Есть надежда, что в Украине, на отличку от Гватемалы, сразу удастся найти кого-нибудь сразу с двумя достоинствами. Эта надежда, конечно, тоже пованивает (ну нельзя рассчитывать, что истинный ангел снизойдет с пажитей небесных и одним лишь Словом Власти обеспечит осушение нашего политического болота), но, как сказал классик, добро приходится делать из того, что есть, даже из зла, потому что больше его делать не из чего.

Прежние, которые «инвалиды на пособии» и «надоели», тоже сгодятся — как политическое сырье. Свою непригодность во всех иных качествах они вполне наглядно избирателям доказали.

 

Вмешательство Украины в выборы США: а давайте и правда расследуем

(Photo EPA/OLIVIER DOULIERY / POOL)

(Колонка впервые опубликована на LIGA.net)

Буду откровенен: я не часто поддерживаю политические инициативы Дональда Трампа. В большинстве случаев они представляются мне (впрочем, и не только мне) основанными на импульсе и произвольных допущениях, но никак не на продуманной и основательной стратегии.

Но в случае с требованием господина президента расследовать попытки Украины саботировать его предвыборную кампанию я целиком и полностью на его стороне. Давно пора прояснить, кто, на что и куда в этом деле повлиял. Расставить все точки над всеми буквами, чтобы уж совсем без всякого такого.

Украина «скрытно продавливала кандидатуру Клинтон», пишет Дональд Трамп. «Правительство Украины не помогало ни одному из кандидатов», отвечает ему в том же твиттере посольство Украины в Вашингтоне. Но имел ли в виду господин президент именно правительство Украины? Отнюдь. Он имел в виду Украину как источник его предвыборных проблем, главной из которых, как одно время казалось, была проблема Пола Манафорта. Именно его имя, имя руководителя избирательного штаба кандидата Дональда Трампа, оказалось неприятно связано с Украиной. Пол Манафорт оказался вписан в «черную бухгалтерию» покойной Партии Регионов, которую он страстно и неуклонно политически консультировал. Партии Регионов эти консультации, впрочем, не помогли, но получение некоторой суммы денег от покойной руководящей и направляющей силы Пол Манафорт все-таки официально подтвердил — но как обычную «белую» оплату его консультаций, полностью налогоблагаемую и фискально чистую. Однако именно эта чистота делает его скандальную отставку с поста руководителя предвыборного штаба будущего президента США еще более странной: зачем было увольняться, если в анамнезе все чисто и вот, пожалуйста, подтверждающие это бумаги? Расследование вполне могло бы ответить на этот подвисший и нерешенный вопрос. Так давайте поддержим требование президента о расследовании. Тем более, что «скрытности» в этой истории не было никакой, как отметил недавно Виталий Портников. Давайте до конца проясним характер сотрудничества Манафорта с политическим феодом Януковича. Чтобы не оставалось сомнений и поводов для домыслов. Кажется, тут все за.

Далее, как писал в марте директор Центра исследования стран Восточной Европы в Вашингтоне Николай Воробьев, еще в январе в Politico было опубликовало расследование«о вмешательстве украинской стороны в американские выборы». Согласно публикации, указывает автор, представители Банковой, а также отдельные бизнес-группы, включая Виктора Пинчука, «напрямую координировали свои действия с Демократической партией и предоставляли информацию в пользу Хиллари Клинтон, тем самым играя против ее главного оппонента на выборах».

Поскольку основные пункты публикации подозрительно совпадают с теми, что упакованы в твите товарища Трампа, можно не сомневаться, что источники информации у них были общие — или же американскому президенту просто напомнили о мартовской публикации Politico. Если учесть, что эта публикация, по мнению Николая Воробьева, «имеет под собой довольно основательную почву и заслуживает доверия», нет никаких поводов уклоняться от расследования, проведения которого требует президент. Если оно выявит факты незаконного вмешательства «представителей Банковой», Пинчука или кого-то еще в американские выборы, пусть совершившие это преступление понесут ответственность по закону. Если же расследование не выявит ничего незаконного, то претензии Трампа обернутся не более чем казусом, неприятным в том числе и для самого Трампа. Потому что бросаться в твитере обвинениями, которые затем не находят официального подтверждения — это как-то не по-президентски.  Это как-то weak. И даже sick.

Естественно, тщательно расследовать необходимо не только «украинский», но и все остальные следы. Российское вмешательство, как вы помните, уже расследуют. Еще Трамп указывал, напрмер, на Китай. В общем, чем больше вопросов снимет квалифицированное расследование, тем лучше.

Стоит, однако, почаще напоминать это соображение и самому президенту, который сам назначил оскандалившегося Манафорта руководителем своего избирательного штаба, сам назначил свои советником оскандалившегося Майкла Флинна, сам назначил генеральным прокурором Джеффа Сешнса, которого теперь сам же и упрекает в «очень слабой позиции» касательно «злодеяний Клинтон» и «утечки разведданных». Инициируйте расследование, господин президент. Оно безусловно необходимо. Оно прояснит причины того, почему именно ваши выдвиженцы с такой удивительной частотой и неуклонностью оскандаливаются и оказываются профнепригодными, а вовсе не brilliant, как вы, господин президент, авансом характеризовали их сразу после назначения и еще до практической демонстрации их реальных достоинств.

В общем, я поддерживаю проведение всех расследований, — и тех, начала которых требует Трамп, и тех, продолжения которых он не особо желает. Все должны отвечать по закону за свои преступления, за свои ошибки и за свою некомпетентность. Потому что безнаказанность и демократия несовместимы.

Кстати, именно этот выбор — между безнаказанностью и демократией — никак не может сделать власть в Украине. Она, кажется, все еще считает, что одно может сочетаться с другим.

Начинайте расследование, господин президент. Я лично ваше требование поддержу. И, думаю, не я один.

 

Силы добра против сил разума. Проблема компетентности избирателей

…Допустим, вы заболели. Вызвали врача. Пришел незнакомый специалист, поставил вам диагноз и прописал какие-то невкусные таблетки. Сказал, что пить их надо долго и обязательно регулярно, иначе не поможет.

И сразу после того, как он ушел, заходит ваша соседка Тротильда Волопасовна. Вы ее знаете тридцать лет. Она прекрасный бухгалтер и готовит отличный борщ. И она вас сразу предупреждает, что прописанные вам таблетки — ерунда, они не работают, их надо выкинуть, потому что вот Волге Парашютовне из десятой квартиры они совсем не помогли, а Мизерине Робеспьеровне из тридцать пятой от них даже хуже стало.

И вот у вас на руках два варианта: профессиональный, но отвлеченный (врач незнакомый, но разбирается, какие в прописанных таблетках рабочие вещества и как они должны вам помочь при правильном приеме — но вы всего этого не знаете) и совершенно непрофессиональный, но эмоционально близкий (Тротильда Волопасовна вообще не врач, в медицине и фармакологии не разбирается, то есть, в этом вы с ней не разлей вода, а главное — не будет же она вам врать, в конце концов).

В итоге получается довольно страшненькая картина: чем хуже вы знаете медицину и чем лучше вы относитесь к Тротильде Волопасовне, тем больше шансов, что вы в такой ситуации предпочтете рекомендации врача не выполнять. Лечится, конечно, нужно, но ведь тут не все так однозначно, думаете вы. И это значит, что невкусные таблетки будут каменеть в аптечке. На выборах между чужим профессионалом и своей Тротильдой Волопасовной уверенно победит последняя, а ваше здоровье окажется в проигрыше. Во всяком случае, уж точно не в плюсе.

Примерно то же самое происходит, когда обществу предлагается сделать выбор между трудными (но необходимыми) реформами и простым (и заведомо ни к чему не обязывающим) кое-какерством. Реформы, конечно, нужны, думаете вы, но с ними тоже не так все однозначно, как хотелось бы. Вот в Кирзолезии тоже были реформы, и все одно там воруют. А в Бомбопруссии от реформ так и вообще еще хуже стало. Так что лучше как-нибудь без них. Кое-как справимся, раньше-то как-то справлялись и пока не померли.

Профессиональные мнения? Да, конечно, они нужны. Так никто же и не против. Но голосовать мы все равно будем за тех, чьи суждения нам эмоционально близки. Пусть даже они не совсем профессиональные…

[ Дальше ]

 

Разрушитель стратегий: Дональд Трамп как новый фактор

epa05623797 US President-elect Donald Trump (R) speaks next to Vice President-elect Mike Pence (L) as he delivers a speech on stage at his 2016 US presidential Election Night event as votes continue to be counted at the New York Hilton Midtown in New York, New York, USA, 08 November 2016. US businessman Republican Donald Trump has won the US presidential election. Americans voted on Election Day to choose the 45th President of the United States of America to serve from 2017 through 2020. EPA/SHAWN THEW

Photo EPA/SHAWN THEW

У Айзека Азимова в знаменитом фантастическом цикле «Foundation» есть персонаж по прозвищу Мул, человек-мутант с уникальными способностями. Ученый Хари Селдон, который спрогнозировал по созданной им методологии развитие галактической цивилизации на несколько веков вперед, конечно, не мог учесть в своих расчетах все возможные статистические флуктуации. Поэтому после того, как Мул (который и оказался такой флуктуацией) захватывает власть в своем секторе Галактики, «план Селдона» сыплется.

Реакция персонажей, которые вовлечены в романе в реализацию «плана Селдона», очень напоминает реакцию политических элит на победу Дональда Трампа. Перефразируя Стругацких, «благородные доны поражены в пятку». У них была такая ясная и понятная политическая «дорожная карта» на случай победы Клинтон, и теперь вся эта благодать оказалась ни к чему и может отправляться на свалку.

А вот на случай победы Трампа у них ничего не было. Никакой «дорожной карты». И вовсе не потому, что они ленивые олухи или вообще не хотели что бы то ни было планировать на этот случай. Они, может, и хотели, но ни у кого не было данных для обоснованного планирования. Потому что — «ху из мистер Трамп?» Как бизнесмена политические элиты его знают (причем его репутация в бизнесе вовсе не безупречна), как плейбоя и коллекционера всякой безвкусицы — тоже знают, даже как медийная фигура он известен и понятен. А вот как политик — нет. Только его предвыборные заявления, по которым достоверно спрогнозировать его будущий курс не получается.

По этим заявлениям видно, что систематических знаний в области политики (что внутренней, что внешней) у него нет, а его тезисы через один противоречат друг другу. Видно, что для сложных проблем он предлагает топорные решения, которые вызывают у опытных политиков разве что тошноту. Такое же впечатление вызвал бы доктор, который при вывихе пальца рекомендовал бы ампутировать руку по локоть, а обезболивание пациента проводил бы дедовской киянкой. Какой политик, ценящий свою репутацию, рискнет строить политические стратегии исходя из такой дикой архаики? И что это были бы за стратегии, если бы их все-таки попытались выстроить?… [ Дальше ]

 

 

Беспочвенные фантазии о парламенте без ворья

Придумал два хороших способа избавить от воров Верховную Раду.

Первый способ сложный — надо за них не голосовать на выборах. Я понимаю, это тяжело. Придётся себя преодолевать. Потому что привычка сильна. И если про кандидата перед выборами говорят, что он вор, то шансов его не выбрать очень мало. Разве что против него в списке окажется ещё больший вор. И все равно: нужно как-то напрячься и проголосовать против и того, и другого. Иначе получится, что вы за воров. Сообщник. Ай-я-яй.

Вас смущает, что многие воры избираются не сами по себе красивые, а в партийных списках? Так никто не обещал, что будет легко. Я сразу написал: способ сложный. Но и тут есть конструктивное предложение: если в партийном списке обнаружился вор, то весь список автоматически нужно считать воровским. Оптом. И голосовать за него можно только по ошибке, или если вы сами слишком хороши для того, чтобы быть порядочным. Некоторым гражданам в натуре западло быть честными, даже перед собой. Я понимаю. Но я же ничего не навязываю, только предлагаю. Выбор ваш, воля ваша.

Так, это был сложный способ. Теперь простой. Голосуем почти как раньше, но теперь исключительно за воров. Если кого подозреваем в честности — отсеиваем сразу. Оно и так почти всегда так получается (гречка, подарки, все дела, «хапуга, но все-таки свой» или «вы что, мне не доверяете?»). Способ такой удобный, что дело должно пойти само, без усилий. Так, как все любят. Чтобы не напрягаться.

Собираем их всех там, под куполом. И все. И ничего не делаем. Потому что у них теперь неприкосновенность. И они могут воровать дальше, с ещё большим размахом или с ещё меньшим, по желанию — из бюджета тащить, схемы крутить, барсетки у перелётных лохов резать, олигархам услуги оказывать за невеликую мзду или мышковать у банкоматов. Короче, прям как сейчас, только ещё смешней, потому что стесняться не нужно будет. Почти как в России. Только у нас парочка честных все-таки непременно просочится — будут кричать у Шустера о борьбе с коррупцией, а над ними все смеяться будут и периодически под следственные действия проводить. А кого ж ещё, не воров же.

А мы будем на все это смотреть и радоваться, как ловко получилось собрать всю национальную гордость в одном месте. На виду.

Понятно, что «парламентом» это называть можно будет только в насмешку. Ну так мы и не будем его так называть. Переименуем, например, в «мариинскую помойку», чтоб по справедливости.

А Верховной Радой будем называть мемориал на улице Небесной Сотни.

Вот и получится, что у нас в Верховной Раде одни только порядочные и достойные люди.

А не как сейчас.

Ну что, вам какой способ больше нравится?